До того как имя Кассиана Андора стало легендой, он был просто человеком, пытающимся выжить в тени Империи. Его путь начался не с громких заявлений или героических поступков, а с тихих, отчаянных шагов в подпольном мире. В те годы Сопротивление ещё не было организованной силой — скорее, это была сеть разрозненных групп, связанных общим страхом и смутной надеждой.
Кассиан перемещался по заброшенным торговым маршрутам и закоулкам дальних планет, где имперское влияние было слабее. Каждая встреча могла обернуться предательством, каждый контакт — ловушкой. Он научился читать невысказанное в глазах собеседников, различать фальшь в случайных фразах. Доверие было редкой и дорогой валютой.
Его задания редко напоминали героические миссии из старых голограмм. Чаще это была рутинная, изматывающая работа: передача данных, наблюдение за передвижениями патрулей, поиск безопасных маршрутов для контрабанды. Информация собиралась по крупицам — перехваченное сообщение здесь, подслушанный разговор там. Именно из этих фрагментов постепенно складывалась картина имперской деятельности.
На планете Фести, где дожди шли неделями, Кассиан три дня пролежал в грязи, наблюдая за строительством имперского ретранслятора. Холод проникал до костей, но движение было смерти подобно. Позже эти данные помогли небольшой группе повстанцев вывести из строя коммуникации целого сектора.
Были и города, где свет неоновых вывесок скрывал тени информаторов. В одном из таких мест, в доках Корусанта, он устроился грузчиком. Под видом ремонта техники он месяцами собирал сведения о поставках оружия, запоминая коды доступа и расписания патрулей. Эта информация позже спасла десятки жизней, когда первый координированный удар Сопротивления нарушил имперские цепочки снабжения.
Опасность приходила с неожиданных сторон. Однажды на отдалённой станции дозаправки Кассиан заметил, как торговец слишком внимательно изучал его псевдоним в грузовых manifestах. Пришлось покинуть станцию на полуисправном корабле, едва избежав перехвата имперскими истребителями.
Постепенно из разрозненных ячеек начало формироваться нечто большее. Контакты Кассиана расширялись — от отдельных недовольных до небольших организованных групп. Обмен информацией стал систематичнее, появились первые зачатки координации. Ещё не было громких побед или масштабных операций, но уже зарождалась сеть, которая позже станет основой Сопротивления.
В те годы успех измерялся не захваченными крепостями, а тем, что удалось предотвратить. Сорванная облава здесь, предупреждённая группа там — маленькие победы, которые сохраняли хрупкое пламя надежды. Кассиан и ему подобные работали в тишине, их имена редко упоминались даже в закрытых кругах. Они были тенями, без которых не могло появиться будущее Сопротивление.
